Подписка
Введите свою почту, нажмите на кнопку "Хочу подписаться" и Вы будете первыми узнавать о новых сказках на сайте!

Archives
Для малышей:
Рейтинг@Mail.ru

Архивы рубрики ‘Д’

PostHeaderIcon ДВА ВЕРБЛЮДА

ДВА ВЕРБЛЮДА Курдская сказка

Два верблюда, старший и младший, паслись на зелёном лугу. Младший всё время отставал от старшего. Старший решил поддразнить юного спутника и сказал ему с насмешкой:
— Ведь мы не по узкой тропинке идём, тебе и рядом со мной места хватит. Отчего же ты все сзади тянешься?
— А что ты скажешь о вежливости, — ответил младший. — Старших всегда следует пропускать вперед, правда?

Аудиоверсия сказки: Читать далее »

PostHeaderIcon ТРОЕ ДРУЗЕЙ

ТРОЕ ДРУЗЕЙ             Туркменская сказка

Трое друзей — утка, лысуха и черепаха — жили на озере. Однажды там появился охотник. Утка и лысуха заметили его и решили бежать.
— Родные мои, — взмолилась черепаха, — возьмите и меня с собой.
— Как же мы тебя возьмём? Ведь ты не умеешь летать.
Но, поразмыслив, утка нашла способ захватить приятельницу. Она взяла прутик за один конец, лысуха за другой, а черепаха схватилась зубами за середину.
Когда они пролетали над селением, ребятишки увидели их и закричали:
— Смотрите-ка, две птицы тащат какую-то черепаху!
— Не какую-то, а меня, меня! — крикнула черепаха и полетела вниз.
— Если бы она помалкивала, — сказала утка, — то добралась бы до места. И обе птицы полетели дальше.

Аудиоверсия сказки: Читать далее »

PostHeaderIcon ДОМОВАЯ МЫШЬ И ПОЛЁВКА

ДОМОВАЯ МЫШЬ И ПОЛЁВКА Гоузинская сказка

Толстая полевая мышь пришла в гости к своей городской подруге и спрашивает:
— И чего ты, сестрица, такая тощая? Ты лакомишься и сыром, и салом, а я корешками перебиваюсь, и то гляди какая дородная.
Не успела она договорить, как, откуда ни возьмись, кот. Домовая мышь юркнула в норку, а толстой в щель не пролезть. Вонзил в неё кот свои острые когти, а домовая высунула нос из норы и говорит:
— Теперь ты понимаешь, сестрица, отчего я такая тощая?

Аудиоверсия сказки: Читать далее »

PostHeaderIcon ДЕРЕВЕНСКИЙ СИЛАЧ

ДЕРЕВЕНСКИЙ СИЛАЧ      Шотландская сказка

В одной деревне жил человек необычайной силы. Однажды он по дороге домой нагнал своего соседа. У того лошадь свалилась в канаву вместе с повозкой. Силач тут же пришёл другу на помощь.
Они вдвоём долго уговаривали лошадь подняться, но она была так утомлена, что не смогла этого сделать. Тогда силач распряг её, влез на её место и вытащил повозку на дорогу.
Всё в порядке, сосед, — сказал он. — Я не удивляюсь, что лошадь не смогла вытащить повозку, я сам едва справился.

 Аудиоверсия сказки:   Читать далее »

PostHeaderIcon ДЕРЕВЕНСКИЙ ПИСЕЦ Индийская сказка

ДЕРЕВЕНСКИЙ ПИСЕЦ Индийская сказка
Пришел один человек к писцу и попросил его написать для него письмо.
- Не могу, отвечает тот, — у меня нога болит.
- Но ты же не ногой письма пишешь? А я тебя никуда посы­лать не собираюсь.
- Это верно, — ответил писец, но тот, кому ты письмо хочешь послать, наверняка пошлёт за мной, чтобы я ему это письмо прочёл. Моих писаний никто, кро­ме меня, разобрать не может.

Аудиоверсия сказки: Читать далее »

PostHeaderIcon ДЕВУШКА И ЗВЁЗДЫ Бушменская сказка

ДЕВУШКА И ЗВЁЗДЫ Бушменская сказка
В давние времена жила де­вушка. Взяла она однажды горсть золы из костра и забросила её на небо. Зола рассыпалась там, и по небу пролегла звёздная дорога.
С тех пор эти яркие звёзды ночью освещают землю мягким светом, чтобы люди, которые возвращаются домой в темноте, сразу находили свой дом.

Аудиоверсия сказки: Читать далее »

PostHeaderIcon ДВЕНАДЦАТЬ МЕСЯЦЕВ (Словацкая сказка)

ДВЕНАДЦАТЬ МЕСЯЦЕВ (Словацкая сказка)
Знаешь ли ты, сколько месяцев в году?
Двенадцать.
А как их зовут?
Январь, февраль, март, апрель, май, июнь, июль, август, сентябрь, октябрь, ноябрь, декабрь.
Только окончится один месяц, сразу же начинается другой. И ни разу еще не бывало так, чтобы февраль пришел раньше, чем уйдет январь, а май обогнал бы апрель.
Месяцы идут один за другим и никогда не встречаются.
Но люди рассказывают, будто в горной стране Богемии была девочка, которая видела все двенадцать месяцев сразу.
Как же это случилось?
А вот как.
В одной маленькой деревушке жила злая и скупая женщина с дочкой и падчерицей. Дочку она любила, а падчерица ничем ей не могла угодить. Что ни сделает падчерица все не так, как ни повернется - все не в ту сторону.
Дочка по целым дням на перине валялась да пряники ела, а падчерице с утра до ночи и присесть некогда было: то воды натаскай, то хворосту из лесу привези, то белье на речке выполощи, то грядки в огороде выполи.
Знала она и зимний холод, и летний зной, и весенний ветер, и осенний дождь. Потому-то, может, и довелось ей однажды увидеть все двенадцать месяцев разом.
Была зима. Шел январь месяц. Снегу намело столько, что от дверей его приходилось отгребать лопатами, а в лесу на горе деревья стояли по пояс в сугробах и даже качаться не могли, когда на них налетал ветер.
Люди сидели в домах и топили печки.
В такую-то пору, под вечер, злая мачеха приоткрыла дверь, поглядела, как метет вьюга, а потом вернулась к теплой печке и сказала падчерице:
- Сходила бы ты в лес да набрала там подснежников. Завтра сестрица твоя именинница.
Посмотрела на мачеху девочка: шутит она или вправду посылает ее в лес? Страшно теперь в лесу! Да и какие среди зимы подснежники? Раньше марта месяца они и не появятся на свет, сколько их ни ищи. Только пропадешь в лесу, увязнешь в сугробах.
А сестра говорит ей:
- Если и пропадешь, так плакать о тебе никто не станет! Ступай да без цветов не возвращайся. Вот тебе корзинка.
Заплакала девочка, закуталась в рваный платок и вышла из дверей.
Ветер снегом ей глаза порошит, платок с нее рвет. Идет она, еле ноги из сугробов вытягивает.
Все темнее становится кругом. Небо черное, ни одной звездочкой на землю не глядит, а земля чуть посветлее. Это от снега.
Вот и лес. Тут уж совсем темно - рук своих не разглядишь. Села девочка на поваленное дерево и сидит. Все равно, думает, где замерзать.
И вдруг далеко меж деревьев сверкнул огонек — будто звезда среди ветвей запуталась.
Поднялась девочка и пошла на этот огонек. Тонет в сугробах, через бурелом перелезает. «Только бы, - думает, - огонек не погас!» А он не гаснет, он все ярче горит. Уж и теплым дымком запахло, и слышно стало, как потрескивает в огне хворост.
Девочка прибавила шагу и вышла на полянку. Да так и замерла.
Светло на полянке, точно от солнца. Посреди полянки большой костер горит, чуть ли не до самого неба достает. А вокруг костра сидят люди - кто поближе к огню, кто подальше. Сидят и тихо беседуют.
Смотрит на них девочка и думает: кто же они такие? На охотников будто не похожи, на дровосеков еще того меньше: вон они какие нарядные - кто в серебре, кто в золоте, кто в зеленом бархате.
Стала она считать, насчитала двенадцать: трое старых, трое пожилых, трое молодых, а последние трое — совсем еще мальчики.
Молодые у самого огня сидят, а старики - поодаль.
И вдруг обернулся один старик - самый высокий, бородатый, бровастый - и поглядел в ту сторону, где стояла девочка.
Испугалась она, хотела убежать, да поздно. Спрашивает ее старик громко:
- Ты откуда пришла, чего тебе здесь нужно?
Девочка показала ему свою пустую корзину и говорит:
- Нужно мне набрать в эту корзинку подснежников.
Засмеялся старик:
- Это в январе-то подснежников? Вон чего выдумала!
- Не я выдумала, - отвечает девочка, - а прислала меня сюда за подснежниками моя мачеха и не велела мне с пустой корзинкой домой возвращаться.
Тут все двенадцать поглядели на нее и стали между собой переговариваться.
Стоит девочка, слушает, а слов не понимает - будто это не люди разговаривают, а деревья шумят.
Поговорили они, поговорили и замолчали.
А высокий старик опять обернулся и спрашивает:
- Что же ты делать будешь, если не найдешь подснежников? Ведь раньше марта месяца они и не выглянут.
— В лесу останусь, — говорит девочка. - Буду марта месяца ждать. Уж лучше мне в лесу замерзнуть, чем домой без подснежников вернуться.
Сказала это и заплакала.
И вдруг один из двенадцати, самый молодой, веселый, в шубке на одном плече, встал и подошел к старику.
- Братец Январь, уступи мне на час свое место!
Погладил свою длинную бороду старик и говорит:
- Я бы уступил, да не бывать Марту прежде Февраля.
- Ладно уж, - проворчал другой старик, весь лохматый, с растрепанной бородой. - Уступи, я спорить не стану! Мы все хорошо ее знаем: то у проруби ее встретишь с ведрами, то в лесу с вязанксй дров. Всем месяцам она своя. Надо ей помочь.
- Ну, будь по-вашему, - сказал Январь.
Он стукнул о землю своим ледяным посохом и заговорил:
Не трещите, морозы,
В заповедном бору,
У сосны, у березы
Не грызите кору!
Полно вам воронье
Замораживать,
Человечье жилье
Выхолаживать!
Замолчал старик, и тихо стало в лесу. Перестали потрескивать от мороза деревья, а снег начал падать густо, большими, мягкими хлопьями.
- Ну, теперь твой черед, братец, - сказал Январь и отдал посох меньшому брату, лохматому Февралю.
Тот стукнул посохом, мотнул бородой и загудел:
Ветры, бури, ураганы,
Дуйте что есть мочи!
Вихри, вьюги и бураны,
Разыграйтесь к ночи!
В облаках трубите громко,
Вейтесь над землею.
Пусть бежит в полях поземка Белою змеею!
И только он это сказал, как зашумел в ветвях бурный, мокрый ветер. Закружились снежные хлопья, понеслись по земле белые вихри.
А Февраль отдал свой ледяной посох младшему брату и сказал:
- Теперь твой черед, братец Март.
Взял младший брат посох и ударил о землю.
Смотрит девочка, а это уже не посох. Это большая ветка, вся покрытая почками.
Усмехнулся Март и запел звонко, во весь свой мальчишеский голос:
Разбегайтесь, ручьи,
Растекайтесь, лужи,
Вылезайте, муравьи,
После зимней стужи!
Пробирается медведь
Сквозь лесной валежник.
Стали птицы песни петь,
И расцвел подснежник.
Девочка даже руками всплеснула. Куда девались высокие сугробы? Где ледяные сосульки, что висели на каждой ветке?
Под ногами у нее — мягкая весенняя земля. Кругом каплет, течет, журчит. Почки на ветвях надулись, и уже выглядывают из-под темной кожуры первые зеленые листики.
- Что же ты стоишь? - говорит ей Март. - Торопись, нам с тобой всего один часок братья мои подарили.
Девочка очнулась и побежала в чащу подснежники искать. А их видимо-невидимо! Под кустами и под камнями, на кочках и под кочками - куда ни поглядишь. Набрала она полную корзину, полный передник - и скорее опять на полянку, где костер горел, где двенадцать братьев сидели.
А там уже ни костра, ни братьев нет... Светло на поляне, да не по-прежнему. Не от огня свет, а от полного месяца, что взошел над лесом.
Пожалела девочка, что поблагодарить ей некого, и побежала домой.
А месяц за нею поплыл.
Не чуя под собой ног, добежала она до своих дверей - и только вошла в дом, как за окошками опять загудела зимняя вьюга, а месяц спрятался в тучи.
- Ну что, — спросили ее мачеха и сестра, — уже домой вернулась? А подснежники где?
Ничего не ответила девочка, только высыпала из передника на лавку подснежники и поставила рядом корзину.
Мачеха и сестра так и ахнули:
- Да где же ты их взяла?
Рассказала им девочка все, как было.
Слушают они обе и головами качают - верят и не верят. Трудно поверить, да ведь вот на лавке целый ворох подснежников, свежих, голубеньких. Так и веет от них мартом месяцем!
Переглянулись мачеха с дочкой и спрашивают:
- А больше тебе ничего месяцы не дали?
- Да я больше ничего и не просила.
- Вот дура так дура! - говорит сестра. - В кои-то веки со всеми двенадцатью месяцами встретилась, а ничего, кроме подснежников, не выпросила! Ну, будь я на твоем месте, я бы знала, чего просить. У одного — яблок да груш сладких, у другого — земляники спелой, у третьего — грибов беленьких, у четвертого - свежих огурчиков!
- Умница, доченька! — говорит мачеха. - Зимой землянике да грушам цены нет. Продали бы мы это и сколько бы денег выручили! А эта дурочка подснежников натаскала! Одевайся, дочка, потеплее да сходи на полянку. Уж тебя они не проведут, хоть их двенадцать, а ты одна.
- Где им! - отвечает дочка, а сама - руки в рукава, платок на голову.
Мать ей вслед кричит:
- Рукавички надень, шубку застегни!
А дочка уж за дверью. Убежала в лес!
Идет по сестриным следам, торопится.
«Скорей бы, - думает, - до полянки добратся!»
Лес все гуще, все темней. Сугробы все выше, бурелом стеной стоит.
«Ох, - думает мачехина дочка, - и зачем только я в лес пошла! Лежала бы сейчас дома в теплой постели, а теперь ходи да мерзни! Еще пропадешь тут!»
И только она это подумала, как увидела вдалеке огонек — точно звездочка в ветвях запуталась.
Пошла она на огонек. Шла, шла и вышла на поляну. Посреди полянки большой костер горит, а вокруг костра сидят двенадцать братьев, двенадцать месяцев. Сидят и тихо беседуют.
Подошла мачехина дочка к костру, не поклонилась, приветливого слова не сказала, а выбрала место, где пожарче, и стала греться.
Замолчали братья-месяцы. Тихо стало в лесу, и вдруг стукнул Январь-месяц посохом о землю.
— Ты кто такая? - спрашивает. - Откуда взялась?
— Из дому, — отвечает мачехина дочка. — Вы нынче моей сестре целую корзину подснежников дали. Вот и я пришла по ее следам.
— Сестру твою мы знаем, - говорит Январь- месяц, — а тебя и в глаза не видали. Ты зачем к нам пожаловала?
— За подарками. Пусть Июнь-месяц мне земляники в корзинку насыплет, да покрупней. А Июль-месяц - огурцов свежих и грибов белых, а месяц Август - яблок да груш сладких. А Сентябрь-месяц — орехов спелых. А Октябрь...
— Погоди, - говорит Январь-месяц. - Не бывать лету перед весной, а весне перед зимой. Далеко еще до июня месяца. Я теперь
лесу хозяин, тридцать один день здесь царствовать буду.
- Ишь какой сердитый! - говорит мачехина дочка. - Да я не к тебе и пришла - от тебя, кроме снега да инея, ничего не дождешься. Мне летних месяцев надо.
Нахмурился Январь-месяц.
- Ищи лета зимой! - говорит.
Махнул он широким рукавом, и поднялась в лесу метель от земли до неба: заволокла и деревья, и полянку, на которой братья-месяцы сидели. Не видно стало за снегом и костра, а только слышно было, как свистит где-то огонь, потрескивает, полыхает.
Испугалась мачехина дочка.
- Перестань! - кричит. - Хватит!
Да где там!
Кружит ее метель, глаза ей слепит, дух перехватывает.
Свалилась она в сугроб, и замело ее снегом.
А мачеха ждала-ждала свою дочку, в окошко смотрела, за дверь выбегала — нет ее, да и только. Закуталась она потеплее и пошла в лес. Да разве найдешь кого-нибудь в чаще в такую метель и темень!
Ходила она, ходила, искала-искала, пока и сама не замерзла.
Так и остались они обе в лесу лета ждать.
А падчерица долго на свете жила, большая выросла, замуж вышла и детей вырастила.
И был у нее, рассказывают, около дома сад - да такой чудесный, какого и свет не видывал. Раньше, чем у всех, расцветали в этом саду цветы, поспевали ягоды, наливались яблоки и груши. В жару было там прохладно, в метель тихо.
- У этой хозяйки все двенадцать месяцев разом гостят! — говорили люди.
Кто знает - может, так оно и было.

Аудиоверсия сказки: Читать далее »

PostHeaderIcon ЧЕЛОВЕК – ДЖЕК. ПОБЕДИЛ ОН ВЕЛИКАНА КОРМОРАНА. БЛЕНДЕРБОР

ЧЕЛОВЕК - ДЖЕК. ПОБЕДИЛ ОН ВЕЛИКАНА КОРМОРАНА.

БЛЕНДЕРБОР
Джек опоясался этим шелковым поясом, наточил саблю и ушел путешествовать.
Очень ему хотелось победить и других великанов, которые обижают и мучают людей.
Самый злой из этих людоедов был великан Блендербор: он хватал на улице людей и прятал их в подземелье своего неприступного замка, а потом съедал - одного за другим.
Нужно было убить Блендербора и поскорее освободить его пленников, покуда Блендербор не успел проглотить их.
Но прошла весна, пришло лето, а Блендербор не попадался Джеку. Джек искал его всюду: и в лесах, и в полях, — но нигде не мог его найти. Вот однажды, в жаркий день, утомившись от трудной дороги, Джек прилег под деревом в тени и заснул. А мимо как раз проходил Блендербор.
Увидел Блендербор спящего Джека, наклонился над ним и прочитал у него на поясе такие слова:
САМЫЙ СИЛЬНЫЙ, САМЫЙ СМЕЛЫЙ ЧЕЛОВЕК - ДЖЕК. ПОБЕДИЛ ОН ВЕЛИКАНА КОРМОРАНА.
- Этот мальчишка, - сказал Блендербор, - убил моего родного племянника. Надо ему отомстить!
Блендербор был не простой великан. У него были две головы - одна маленькая, другая большая, одна старая, другая молодая. Они вечно ругались и спорили. Увидев спящего Джека, одна голова закричала, что его нужно сварить, а другая - что его нужно изжарить. От злости они начали стукаться лбами.
— Сварить! — кричала одна голова.
— Изжарить! - кричала другая.
Увидев, что Джек проснулся, они сразу прикусили языки, притворились добрыми и запели:
Мы тебя, малюточку, так любим!
Приласкаем мы тебя и приголубим!
Мы снесем тебя на мягкую постельку!
Мы тебя уложим в колыбельку!
Угостим тебя мы пирогами!
Тут они засмеялись и шепотом сказали друг дружке:
Л потом покушаем и сами!
Они думали, что Джек не слыхал этих слов, но Джек отлично все слышал. Он понял, что двухголовый злодей Блендербор хочет взять его к себе во дворец и съесть.
Он попробовал убежать, но Блендербор схватил его за ногу, сунул в карман, принес к себе во дворец и положил на кровать.
- Спокойной ночи! - сказала одна голова.
- Приятного сна! - сказала другая.
Обе они любезно поклонились ему, но Джек слышал, как одна голова сказала за дверью другой голове:
- Когда этот мальчишка уснет, его нужно будет хлопнуть дубиной, положить в кастрюлю и сварить.
- Нет, изжарить! - закричала другая голова.
- Нет, сварить!
- Нет, изжарить!
Джек вскочил на ноги и стал бегать по комнате.
Надо спастись, убежать! Но двери заперты, а на окне железная решетка.
И вот он придумал хитрость: взял боль¬шое суковатое полено, которое валялось у печки, положил его вместо себя на кровать и накрыл одеялом.
Великан ударит по полену, а Джек останется цел!
Джек спрятался за печкой и стал ждать. Ждать ему пришлось недолго. Вот на лестнице послышались шаги великана, весь дом задрожал от этих тяжелых шагов.
Распахнулась дверь, и великан вошел в комнату, где спрятался Джек. В руках у великана была дубина, он подкрался к кровати и хлопнул что есть силы по полену.
А Джек сидел за печкой невредимый.
- Наконец-то я покончил с мальчишкой! — весело сказал великан и ушел, а дверей не закрыл.
Джек засмеялся от радости и тихонько побежал вслед за ним. Великан пришел к себе в спальню, упал на кровать и заснул. Джек долго прислушивался, не проснется ли он. Но он не проснулся — и вскоре обе его головы захрапели. Тогда Джек тихо-тихо подошел к кровати великана и вытащил у него из-под подушки большой ключ, на котором было написано: «Ключ от подвала». Это был ключ от того подземелья, где томились в неволе несчастные пленники. Джек, не теряя ни минуты, помчался туда, открыл тяжелую железную дверь и выпустил всех пленников на волю. Они были рады и счастливы и со слезами благодарили своего избавителя. Когда же они разошлись по домам, Джек вернулся к себе в свою комнату и сейчас же заснул крепким сном.
Утром он проснулся и пошел к великану. Увидев его, великан задрожал.
— Разве ты не умер? — спросила одна голова.
— Неужели ты остался в живых? — спросила другая.
— С чего бы мне умирать? - сказал Джек.
— Но ведь ночью тебя стукнули дубиной! — сказала одна голова.
— И убили! — сказала другая.
— Пустяки! — засмеялся Джек. — Такие удары для меня не страшны: мне показалось, что мышка задела меня своим маленьким хвостиком.
"Ну и силач! - подумал великан. - Недаром он победил Корморана. Для него моя дубина - мышкин хвост. Нужно убежать от него, чтобы он не убил и меня. Но куда бежать? Куда спрятаться?»
— На чердак! — сказала одна голова.
— В подвал! - сказала другая.
— Нет, на чердак!
— Нет, в подвал!
Покуда они спорили, великан не двигался с места. Он не знал, какую из своих голов ему слушать.
Джек быстро вскочил на стул и одним ударом отрубил ему две головы. Они обе покатились по лестнице, и каждая кричала свое:
— Нет, на чердак!
— Нет, в подвал!
Расправившись с великаном, Джек поспешил в деревню.
Вся деревня уже знала о его новой победе. Его встретили веселыми криками:
— Да здравствует храбрый Джек!
И подарили Джеку молодого коня, и Джек тотчас же вскочил на него и умчался в далекие страны сражаться с великанами и злыми чудовищами, которые мучат людей.

Аудиоверсия сказки: Читать далее »

PostHeaderIcon ДЖЕК – ПОКОРИТЕЛЬ ВЕЛИКАНОВ

ДЖЕК - ПОКОРИТЕЛЬ ВЕЛИКАНОВ
(Валлийская сказка)

КОРМОРАН

Весело было в деревне! Вдруг откуда-то пришел страшный великан Корморан и поселился неподалеку, в пещере, у самой
дороги. Был он голодный и злой. Каждое утро выходил на дорогу и хватал всякого, кто ему попадется: и человека, и барана, и гуся, и поросенка, и кошку.
Один человек вез в телеге грибы на базар. Великан схватил и сожрал его вместе с конем - даже кнута не оставил. Такой уж он был обжора ненасытный.
А жители деревни были трусы. Они сами приносили ему своих кур и свиней:
- Скушайте, господин Корморан!
- На здоровье, господин Корморан!
- Не желаете ли еще, господин Корморан?
И кланялись ему до земли.
Вскоре Корморан так растолстел и заважничал, что уже перестал выходить на дорогу; валялся весь день в пещере и подзывал к себе каждого, кого хотел проглотить:
- Эй ты, старичок, иди-ка сюда, да живее, я тебя сейчас съем!
- Иду, ваша милость, иду! - покорно отзывался несчастный. - Вот он я! Кушайте меня на здоровье!
И жил бы великан Корморан тысячу лет до сего дня и съел бы и меня, и тебя, и всех нас, если бы не маленький мальчик, которого звали Джек.
Джек был храбрый, никого не боялся; он решил наказать великана и отрубить ему голову.
Однажды он встал рано утром, когда все еще спали, взял у отца лопату, пробрался тихонько к пещере, где жил великан, и стал копать яму у самого входа.
Великан услышал шум и проснулся.
- Кто тут? - крикнул он.
Джек ничего не ответил. Он спрятался за куст и стал ждать, чтобы великан снова заснул. Великан долго ворочался у себя на соломе, но наконец, захрапел. Джек опять принялся за работу. Работал он весь день, и только к позднему вечеру удалось ему выкопать глубокую яму. Он прикрыл ее сосновыми ветками, а ветки засыпал снежком. Издали было незаметно, что тут вырыта глубокая яма, - казалось, будто гладкая земля.
Кончив работу, Джек отошел на несколько шагов и крикнул:
- Эй, ты, Корморашка, вставай!
И кинул камень - прямо в лоб великану.
Великан рассердился и выскочил из пещеры. Он хотел поймать Джека, разорвать его на части и съесть, но провалился в яму, на самое дно!
Яма была очень глубокая. Великан про¬бовал выпрыгнуть из нее, но не мог: всякий раз падал на дно. Сначала он ругался и грозил кулаками, а потом заплакал и начал просить, чтобы Джек отпустил его на волю.
- Я буду добрый! - кричал он. - Я полюблю всех людей! Я не буду никого обижать!
- Я тебе не верю! - ответил ему Джек. - Ты жадный, злой людоед. Вот тебе награда за твои злодеяния!
И Джек отрубил ему голову.
Когда в деревне узнали об этом, все стали веселиться и радоваться.
- Спасибо тебе, что ты освободил нас от злого чудовища! - говорили Джеку молодые и старые и обнимали и целовали его.
А девушки подарили ему шелковый пояс, на котором были вышиты слова:
САМЫЙ СИЛЬНЫЙ, САМЫЙ СМЕЛЫЙ

Аудиоверсия сказки: Читать далее »

PostHeaderIcon ПРЯНИЧНЫЙ домик (немецкая сказка)

ПРЯНИЧНЫЙ домик (немецкая сказка)
Жил на лесной опушке дровосек с женою и двумя детьми. Мальчика звали Гензель, а девочку Гретель.
Жена дровосека была им не мать, а мачеха.
Бедный был дровосек. Плохо жил. Даже куска хлеба часто не было у него в доме. И жена его тогда оставалась голодная, и дети.
Вот как-то вечером лежит он в кровати, не спит, а все с боку на бок переворачивается.
— Что ты не спишь? — спросила его жена. — Что ты все с боку на бок ворочаешься?
А дровосек вздохнул и сказал:
— Не знаю я, что делать, как детей прокормить. Нам и самим-то есть нечего.
Выслушала его жена и говорит:
Заведем завтра утром Гензеля и Гретель в самую чащу леса. Разведем там костер и дадим им по кусочку хлеба. А сами пойдем на работу и оставим их одних. Не найти им будет обратно дороги! Вот мы от них и избавимся.
— Нет, жена, что ты! — ответил дровосек. — Никогда я так не сделаю: жалко мне детей. Вдруг придут волки или медведи и съедят их. Нет, не могу я так сделать.
А жена ему говорит:
— Глупо ты рассуждаешь. Что же, разве лучше будет, если мы все четверо с голоду помрем?
Стала она его уговаривать. Слушал он ее, слушал, а потом заплакал и сказал:
— Жалко мне деток, да что поделаешь. Ты права — отведем их завтра в лес.
А Гензель и Гретель лежали в кроватях и тоже не могли заснуть от голоду. Они слышали, как мачеха уговорила отца отвести их в лес. Заплакала Гретель горькими слезами и сказала Гензелю:
— Бедные мы с тобой, бедные! Съедят нас в лесу волки и медведи. Что нам теперь делать?
— Ничего, Гретель, не плачь, — ответил Гензель. — Ты спи, а я подумаю, как нам избавиться от беды.
И вот, когда мачеха и отец заснули, встал Гензель с кровати, оделся, отворил дверь и вышел из дому.
На небе ярко светил месяц. Белые камешки во дворе блестели под его лучами, словно денежки.
Гензель стал собирать эти камешки и скоро набил ими себе полные карманы. Потом он вернулся домой и лег спать.
Чуть только начало светать, пришла мачеха и стала будить детей.
— Вставайте, лентяи! — говорила она. — Нужно идти в лес за дровами.
Потом дала им по кусочку хлеба и сказала:
— Этот хлеб будет вам вместо обеда. Смотрите, только сейчас его не ешьте, все равно я больше не дам.
Гретель взяла весь хлеб и спрятала себе под фартук. Бензелю ведь некуда было спрятать хлеб: у него оба кармана были набиты камешками.
Потом все они отправились в лес — и отец, и мачеха, и Бензель, и Бретель.
Вот идут они по дороге, а Бензель все время оглядывается на дом.
Отец ему говорит:
— Что ты, Бензель, все оборачиваешься и отстаешь? Иди-ка поскорее.
— Я, батюшка, — отвечал Бензель, — посматриваю на свою белую кошечку. Сидит она на крыше и так жалостно смотрит на меня, словно прощается.
— Не болтай глупостей, — строго сказала ему мачеха. — Вовсе это не твоя кошечка, это белая труба блестит на солнце.
А Бензель ведь совсем не из-за кошечки останавливался. Он останавливался, чтобы бросать на дорогу белые камешки.
Вот пришли они в самую чащу леса, и дровосек сказал:
— Ну, дети, собирайте хворост. Я разведу костер, чтобы вы не озябли.
Бензель и Бретель набрали хворосту. Отец разжег костер, а мачеха сказала:
— Ложитесь и спите, а мы, когда нарубим дров, вернемся за вами.
Бензель и Бретель сели у костра и долго смотрели, как потрескивают и вспыхивают сухие сучья.
В полдень они съели хлеб, а потом стали поджидать отца и мачеху. Они все время слышали стук топора и думали, что это где-нибудь невдалеке работает отец. А постукивал-то вовсе не топор, а сухой сук, который отец подвязал к старому дереву. Сук раскачивало ветром, он ударялся о ствол и стучал.
Сидели они, сидели, смотрели на огонь, смотрели и наконец, уснули. А когда проснулись, в лесу было уже совсем темно. Гретель испугалась и стала плакать.
— Гензель, пропали мы с тобой в лесу, — говорила она, — не найти нам теперь дороги домой.
А Гензель ее утешал:
— Не плачь, милая Гретель, не плачь! Вот взойдет месяц, станет светлее — мы и выберемся из лесу.
И верно, скоро взошел месяц. Взял Гензель Гретель за руку и отправился искать дорогу по камешкам, которые блестели, словно денежки. Всю ночь шли они, а на рассвете пришли к отцовскому дому и постучались в дверь.
— Кто там? — спросила мачеха.
— Это мы, Гензель и Гретель, - ответили дети.
Мачеха впустила их в дом и стала ругать:
— Вы сони, вы дрянные дети. Что это вы в лесу застряли?
А дровосек очень обрадовался, когда увидел Гензеля и Гретель. Ему было их очень-очень жалко. Ведь это были его родные дети.
Прошло несколько дней, и вот опять в доме у дровосека нечего стало есть. Не было ни хлеба, ни молока, ни каши. И начала мачеха снова уговаривать мужа:
— Надо нам все-таки отделаться от детей, а то мы и сами с голоду умрем. Давай заведем их в лес подальше, да там и оставим.
И опять дровосек долго не соглашался, а потом тяжело вздохнул и сказал:
— Что же, пусть будет по-твоему.
А дети и на этот раз не спали и слышали весь их разговор.
Когда отец с мачехой заснули, встал Гензель с постели и хотел пойти во двор, чтобы набрать камешков. Да только выйти ему не удалось. Дверь оказалась закрытой. Тут Гретель заплакала горько-горько.
Но Гензель сказал ей:
— Не плачь, милая Гретель, я что-нибудь придумаю.
Рано утром мачеха разбудила их и говорит:
— Вот вам по кусочку хлеба на дорогу. Сейчас мы опять пойдем в лес.
Гензель свой хлеб не стал есть, а раскрошил и спрятал в карман.
Вот идут они по дороге, а Гензель все время оглядывается на дом. Отец ему говорит:
Что ты, Гензель, все оборачиваешься и отстаешь? Иди-ка скорее.
— Я, батюшка, — отвечал Гензель, - посматриваю на своего белого голубка. Сидит он на крыше и на меня так жалостно смотрит, словно прощается.
— Не болтай глупостей, — говорит ему мачеха. Вовсе это не твой голубок, это белая труба блестит на солнце.
А Гензель-то ведь потому останавливался, что все время бросал на дорогу крошки.
Завела мачеха Гензеля и Гретель еще дальше в лес, разожгла костер и сказала:
— Сидите здесь, мы вечером придем за вами.
Дети подсели к костру и скоро заснули.
А когда проснулись, было уже совсем темно, настала ночь, и костер потух.
Тут Гретель стала опять плакать:
— Бедные мы с тобой, Гензель, несчастные, пропадем мы в лесу!
А Гензель говорит:
— Не плачь, милая Гретель! Вот взойдет луна, мы и отыщем дорогу по хлебным крошкам.
Когда взошла луна, отправились они искать дорогу. Искали ее, искали, но так и не нашли. Днем слетелись со всего леса птицы и поклевали хлебные крошки. Что тут было делать?
Всю ночь ходили Гензель и Гретель по лесу. Всю ночь и целый день никак не могли выбраться из лесу.
Под вечер так они устали, что легли под широким дубом и заснули.
А утром проснулись дети и видят: сидит на ветке белоснежная птичка и поет веселые песенки.
Потом вспорхнула птичка с ветки и медленно-медленно полетела. Встали Гензель и Гретель с земли, и пошли за птичкой.
Шли они, шли и, наконец, пришли к избушке. Смотрят, а избушка-то не простая. Она вся из хлеба сделана, крыша у нее из пряников, а окошки — из сахара.
Гензель говорит:
- Ну вот, мы сейчас и поедим. Я примусь за крышу, а ты, Гензель, окошки ешь.
Начали они лакомиться крышей и окошками. Вдруг слышат — спрашивает их кто-то из избушки скрипучим голосом:
Кто там ходит под окном?
Кто ко мне стучится в дом?
А Гензель и Гретель отвечают:
Это ветер, ветерок,
Мишка, зяблик и сурок.
А сами снова едят.
Вдруг отворилась дверца, и вышла из избушки старуха, старая-престарая, с клюкой в руках. Гензель и Гретель очень испугались. Старуха посмотрела на них и говорит:
— Не бойтесь, детки, заходите ко мне, я вам зла не сделаю.
Вошли дети в избушку и видят: накрыт там большой стол, а на столе молоко стоит, сахарное печенье, яблоки и орехи. Поели они, попили, а потом легли спать на мягкие чистые постели.
А старуха-то знаете, кто была? Она была злая ведьма. Она ведь только сначала прикинулась такой ласковой.
Глаза у нее были красные, видели плохо, а нюх был тонкий, как у собаки. Она еще издали носом чуяла, что Гензель и Гретель идут к ее дому. Она даже сказала про себя: «Ну, этих-то я съем, эти достанутся мне на обед!»
Утром ведьма стащила Гензеля с кровати и заперла его за решетчатой дверью. А потом разбудила Гретель и говорит:
- Ну, вставай скорее, лентяйка! Иди, наколи дров, воды принеси, печь растопи и вари своему брату вкусный обед. Я хочу, чтобы твой брат стал пожирнее, тогда я его съем...
Заплакала бедная Гретель. Но что было делать, пришлось ей исполнять приказание злой ведьмы.
Сварила она курицу и отнесла Гензелю. А Гензель мясо съел, кости выбросил и спрятал только одну тоненькую косточку.
На другой день рано утром ведьма подошла к стойлу и крикнула Гензелю:
- Ну-ка, Гензель, протяни мне свой палец! А Гензель взял да и протянул ведьме вместо пальчика косточку. Ведьма плохо видела, пощупала косточку и сказала:
- Ох, какой худенький пальчик! Плохо же ты жиреешь.
На следующий день ведьма опять пришла и снова велела Гензелю протянуть палец.
А Гензель и на этот раз подсунул косточку.
Так прошло целых четыре недели. Каждый день носила Гретель брату обед, и каждый день приходила ведьма смотреть, не разжирел ли Гензель.
Наконец ведьме надоело ждать.
Рано поутру велела она Гретель подвесить на крюк котел с водою и развести под ним огонь.
Потом ведьма сказала:
- А теперь, пока греется вода, надо будет посадить в печь хлебы. Полезай-ка, Гретель, в печь, посмотри, хорошо ли она топится.
А Гретель говорит:
— Я, бабушка, не могу в печь залезть, она очень узкая.
— Что ты выдумываешь!— рассердилась ведьма. — Смотри, даже я могу туда забраться.
Сказала так ведьма и полезла в печку.
А Гретель толкнула ее сзади посильнее. Упала ведьма в огонь и завыла. Захлопнула Гретель заслонку и сказала:
— Гори, ведьма, гори!
А сама побежала к брату, открыла дверцу и крикнула весело:
— Выходи, Гензель, поскорее, мы с тобой спасены! Ведьма в печке сгорела!
Как они прыгали, как обнимались, как целовались на радостях!
Потом вошли дети в избушку. А в избушке по всем углам стояли сундуки с жемчугами да с брильянтами. Гензель набил себе карманы брильянтами, а Гретель насыпала полный фартук жемчуга. Радостные и веселые пошли они домой. Два часа шли они по лесу, и вышли на берег большого озера. А на озере не было ни мостика, ни лодки. Что тут делать?
- Смотри-ка, смотри, — говорит Гретель Гензелю, - вон уточка плывет. Попросим ее перевезти нас.
Крикнула она уточке:
- Нету мостика нигде,
Ты свези нас по воде!
Подплыла уточка к берегу и перевезла их по очереди на другую сторону. А там они скоро и домой добрались.
Дровосек жил теперь в домике на лесной опушке один. Жена у него умерла, и он очень тосковал без Гензеля и Гретель.
Бросились Гензель и Гретель на шею к отцу. Стал он их обнимать и целовать. Отдали они ему все брильянты и жемчуга и зажили с тех пор счастливо и хорошо.
Тут и сказке конец.

Аудиоверсия сказки:  Читать далее »

Будьте на связи:

Кликните на иконку соц. сети, чтобы подписаться на обновления.


Подарок от Няни Мамо: эту книгу Вы можете получить с 50% скидкой (по акции) ЗДЕСЬ.
Дополнительные скидки могут получить: родители детей инвалидов, родители детей находящихся при смерти, семьи с 4-мя и более детьми, работники в сфере культуры и образования со стажем более 10 лет, церковные служители и духовные наставники со стажем более 10 лет, учёные, доктора и деятели науки со стажем более 10 лет Если вы попадаете в какую-либо из категорий, то приготовьте сканированные документы, подтверждающие эту информацию и напишите заявку на скидку, нажав на ссылку "способы прилично сэкономитьКак получить книги дешевле" ЗДЕСЬ.
Хостинг для WordPress сайтов